/Бизнес не видит результатов реформ: Коррупция в Украине вернулась к уровню 2014 года

Бизнес не видит результатов реформ: Коррупция в Украине вернулась к уровню 2014 года

Украинское представительство крупнейшей в мире некоммерческой лоббистской организации США – Американской торговой палаты – представило неутешительные результаты ежегодного опроса в отношении восприятия уровня коррупции в Украине. Его результаты особенно актуальны на фоне жесткой критики украинских властей со стороны недовольных уровнем борьбы с явлением международных партнеров. Представленные результаты опроса могут еще более усилить недовольство: как уверяет АТП, по количеству коррупционных проявлений наша страна уже скатилась до домайданного уровня, а оптимизма в отношении возможных улучшений у крупного бизнеса заметно поубавилось

Тема коррупции является одной из острейших проблем, без упоминания о которой до сих пор не проходила ни одна встреча украинских чиновников с зарубежными партнерами и донорами. Еще в 2015 году, выступая в украинском парламенте, занимавший тогда пост вице-президента США Джо Байден говорил о важности победы над коррупцией, которая пожирает Украину «словно рак», отбирает ресурсы у народа и не допускает развития экономики. Байден подчеркивал, что нет ни одной демократии в мире, где раковая опухоль коррупции процветает так, как в Украине. Еще три года назад Байден призывал «провести необходимые судебные реформы, чтобы можно было привлечь к ответственности определенных лиц». К борьбе с коррупцией и улучшением бизнес-климата в стране президента Украины Петра Порошенко призывал и экс-президент США Барак Обама, и сменивший его в кресле президента Дональд Трамп.

Авторитетные зарубежные СМИ неоднократно писали о том, что западные партнеры могут лишить Украину финансовой поддержки именно из-за отсутствия действий по преодолению коррупции. Кульминацией проявлений разочарования в способности украинских властей справиться с проблемой коррупции стало недавнее выступление Байдена в Совете по международным отношениям США.

Байден констатировал: коррупция в Украине остается наибольшей проблемой. Экс-вице-президент даже порекомендовал чиновникам администрации Трампа внимательно фиксировать, что говорят и чего недоговаривают украинцы, а также проверять, как они выполняют свои обещания. Говоря об усилиях украинских властей, в частности президента Порошенко, в отношении решения проблемы, Байден отметил, что были проведены «некоторые очень важные, необходимые институциональные и кадровые изменения». В то же время он посетовал, что один из трех необходимых институтов – Антикоррупционный суд – отходит на второй план.

Резкий спич Байдена украинские власти «перекрыли» в информационном пространстве очередной «победой» — президент нашел общий язык с директором МВФ Кристин Лагард. Якобы вообще МВФ доволен антикоррупционными изменениями в Украине и готов выделить следующий транш финансовой помощи.

Что говорит о коррупции бизнес

Оглашение украинским представительством крупнейшей в мире некоммерческой лоббистской организации США – Американской торговой палаты – результатов ежегодного опроса в отношении восприятия уровня коррупции в Украине на этом фоне выглядело особенно значимо. Палата проводит опрос ежегодно (начиная с 2014 года), чтобы отследить динамику изменений в отношении проблемы после Революции достоинства. Количество респондентов, принимавших участие в нынешнем опросе, было самым большим за все годы проведения опросов – всего 184 субъекта, 80% из которых представляли международные компании. Результаты проведенного опроса можно смело назвать голосом крупного международного бизнеса, отметил глава рабочей группы Американской торговой палаты по вопросам противодействия коррупции Игорь Светлик.

«Наша миссия — быть голосом бизнеса. И Американская торговая палата доносит этот голос бизнеса и органам государственной власти, и журналистам. Это действительно четкое сообщение бизнеса: 89% (по результатам опроса, — ред.) считают приоритетом номер один – улучшение бизнес-среды в Украине и преодоление коррупции», — сказал президент Американской торговой палаты в Украине Андрей Гундер.

Борьбу с коррупцией самым приоритетным заданием Украины в 2015 году называли 80% опрошенных. В 2016 году этот показатель возрос до 87%, в 2017 году – до 89%.

В Американской торговой палате также уточнили, что среди 184 респондентов, принимавших участие в опросе, 81% являлись представителями компаний с более чем 100 сотрудниками, а 49% — топ-менеджерами. И если число ответивших на вопрос «Считаете ли вы коррупционные практики распространенными в Украине?» уменьшилось с 99% в 2014 году до 96% в 2017 году, то число тех, кто положительно ответил на вопрос «Приходилось ли вам в ходе деятельности сталкиваться с коррупцией?», упало до показателя 2014 года – 91%. Отметим, что в 2015 году этот показатель уменьшался до 88%, а в 2016 году – до 81%. И вот сейчас снова рост.

«В первые годы после Революции достоинства многие чиновники попросту боялись и в определенных ситуациях не делали того, что делают сейчас. Сейчас же такая ситуация, которую можно сравнить с обострением болезни. Сейчас никто из чиновников не чувствует себя в безопасности. У нас постоянно говорят о выборах, которые даже если не досрочные, то все равно будут скоро, и кто останется на своих должностях, сложно прогнозировать, исходя из уровня доверия к власти. Мы видим это даже по своим мероприятиям, которые проводим. Многие чиновники «рубят» как в последний день. И это относится в первую очередь к судьям. Почему? Многие судьи уже понимают, что они не пройдут конкурс. У нас сейчас есть такие случаи, которых даже не было до Революции достоинства. Не хотелось бы останавливаться на конкретных делах, но даже сами судьи в шоке от того, что происходит в судебной ветви власти», — сказал директор Национального антикоррупционного бюро Украины Артем Сытник.

Заметим, что согласно опросу АТП, 38% в 2017 году назвали НАБУ и САП «антикоррупционными чемпионами».

При этом следует заметить, что на фоне роста количества тех, кто сталкивался с коррупцией в Украине, по большинству самых распространенных явлений коррупции наблюдается снижение. Так, участники опроса выделили требование взятки (68% опрошенных в 2016 году и 67% в 2017), злоупотребление служебным положением (70% и 68% соответственно), требование взятки за прекращение незаконного преследования (41% и 45% — правоохранители, несмотря на все распиаренные реформы, демонстрируют рост в коррупции), требование сделать партнером аффилированную (с чиновником, — ред.) компанию (29% и 25%), требования пожертвовать средства на якобы благотворительность (18% и в 2016, и в 2017 году), требование пожертвований на спонсорство (5% и 7%), также требование «откатов» в случае победы на тендере (35% и 27%). Среди наиболее коррумпированных властных институтов опрошенные выделили местные власти (42% в 2016 году, 34% в 2017 году), органы центральной власти (31% и 30%), налоговые и таможенные органы (56% и 54%), суды (74% и 71%), органы прокуратуры (49% и 30%), полицию (5% и 6%). Службу безопасности в 2017 году в качестве коррумпированного органа отметили 19% опрошенных. В 2016 году служба в опрос включена не была.

Неутешительно выглядит статистика ответов на вопрос «Имеет ли ваша компания успешный пример сотрудничества с антикоррупционными органами после сообщения о коррупции?». В сравнении с 2017 годом она снизилась на 3% — с 18% до 15%. В то же время цифра ответивших положительно на вопрос «Имеет ли компания опыт реального наказания, примененного к совершившему коррупционное преступление лицу?» (приговор суда, — ред.) была еще меньше – всего 7% в 2017 году. Для сравнения: в 2016 году на вопрос ответили положительно 10% респондентов, а в 2014-м – только 2%.

Также снизилось число опрошенных, оптимистично настроенных в отношении улучшений в отношении ситуации с антикоррупционной политикой в стране. Если в 2015 году их число достигало 51%, то в 2016 году оптимистов упало до 47%. В 2017 году оптимистов стало еще меньше — только 42%.

Почему у нас все плохо? Версия директора НАБУ

Именно отсутствие примеров реального наказания за коррупционные преступления является одной из самых главных проблем, отмечает как глава НАБУ Артем Сытник, так и представители Американской торговой палаты.

«Те дела, которые уже направлены в суд, это дела, которых раньше в Украине не было. Я с 2001 года работал в органах, окончил академию, я такого не помню. То, что мы вообще показали, что можно задержать действующего топ-чиновника, и такие дела дошли до суда – уже большой шаг вперед. С другой стороны, суд показывает в таких случаях просто несостоятельность в отношении доведения дел до конца», — сетует Сытник.

В то же время, по словам главы НАБУ, суды в Украине далеко не всегда эффективны. В качестве примера он привел дело экс-главы Государственной фискальной службы Романа Насирова. «Это кино видела вся планета, и авторитета это не добавило», — заявил Сытник и рассказал о том, как, пользуясь лазейками в законодательстве, защита Насирова затягивает рассмотрение дела. «Обвинительный акт главе фискальной службы состоит из более чем 700 страниц. Заседания проводятся один раз в месяц. Прокурор имеет физические возможности вслух зачитать только 30 страниц в день. Банальный математический расчет показывает, что это дело может слушаться годами. Понятно, что при такой ситуации никому эти заседания не нужны. И мы видим, что топ-чиновник, который уже попал в суд, на Facebook рассказывает, мол, «я хочу, чтобы как можно скорее дело рассмотрели, чтобы я мог доказать свою невиновность». Судье же его защита заявляет: давайте зачитаем весь обвинительный акт, потому что по закону можно прочесть как часть, так и весь полностью. Конечно же, все это делается для того, чтобы максимально отсрочить назначение наказания», — рассказал Сытник, ведомство которого многие в Украине также критикуют за низкую эффективность в борьбе с коррупцией.

Директор НАБУ также указал, что продвижению антикоррупционных дел в суде не способствует и высокая загруженность судей. «В киевских судах они (судьи, — ред.) имеют по 700-800 дел, и очень сложно от них требовать. Я даже сейчас не говорю о коррупционной составляющей (в отношении самих судей, — ред.)», — отметил Сытник. Он упомянул и еще об одном факторе торможения начатых НАБУ и САП антикоррупционных дел – о политическом давлении. «Заседание в отношении бывшего народного депутата: на суд пришли 18 членов парламента из его фракции и три действующих министра. Если присутствие членов парламента мне кажется еще не таким страшным, то присутствие действующих министров в рабочее время на судебных заседаниях…», — посетовал Сытник. Можем предположить, что речь о деле экс-нардепа Николая Мартыненко, которого подозревают в злоупотреблениях при выполнении контракта купли-продажи уранового концентрата для государственного предприятия «Восточный горно-обогатительный комбинат» через австрийскую компанию Steuermann и завладении имуществом госпредприятия «Энергоатом».

Глава НАБУ отметил, что именно «сотни дел без финального решения судов» являются причинами 99% критики, которая звучит в адрес антикоррупционных органов в Украине. Главным образом, по словам Артема Сытника, значительно улучшить ситуацию могло бы создание Антикоррупционного суда, о чем также говорят топ-чиновники из США и МВФ. В Американской торговой палате отметили, что именно это видит выходом из сложившейся ситуации с коррупцией и бизнес.

Антикоррупционный суд нужен, но только независимый

Игорь Светлик рассказывает, что в ходе проведения опроса они предложили бизнесу ответить на новый вопрос: «Назовите шаг (действие), которые могли бы помочь в преодолении коррупции в Украине». «Это был открытый вопрос, и бизнес мог предлагать свои варианты. На первом месте было создание Антикоррупционного суда. Не просто создание. Респонденты подчеркивали, что это должна быть прозрачная институция, сформированная на основе открытого конкурса, который будет контролироваться общественностью», — говорит он.

Глава рабочей группы по вопросам противодействия коррупции Американской торговой палаты отметил, что Антикоррупционный суд «фигурировал практически во всех комментариях к каждому вопросу, был отражен в каждом слайде, проходил красной линией». «Можно с уверенностью говорить, что бизнес разделяет настроения неправительственных организаций, общества, что именно Антикоррупционный суд нам нужен и именно он поможет в достижении существенного прогресса в преодолении коррупции», — подчеркнул Светлик.

Большинство опрошенных связывают создание Антикоррупционного суда с появлением реальных приговоров лицам, виновным в коррупционных преступлениях. Как известно, создание суда является и одним из главных ультимативных условий МВФ, по предоставлению Украине очередного транша.

Участники опроса Американской торговой палаты в качестве мер по преодолению коррупции отмечали также реальное привлечение к ответственности злоумышленников, проведение судебной реформы. Назывались также варианты: усиление политической воли, усиление ответственности за коррупционные преступления, обучение общества, бизнеса и чиновников нулевой толерантности к коррупционным преступлениям, замена на постах коррумпированных чиновников. Отметим, что в качестве причин отсутствия результатов в борьбе с коррупцией больше всего участников опроса называли именно отсутствие политической воли. В 2015 году число респондентов, выбиравших эту опцию, составляло 48%, а уже в 2017 году достигло 54% (в 2016 году было 63%). Также опрошенные называли сопротивление государственных органов реформам, отсутствие надлежащего расследования и наказания коррупционеров. В 2017 году увеличилась часть тех, кто считал преградой в борьбе с коррупцией сопротивление со стороны судов (16% в 2016 году и 22% в 2017 году).

Отметим, что 22 декабря 2017 года законопроект «О высшем Антикоррупционном суде» был зарегистрирован в Верховной Раде. «Хорошо, что законопроект есть и он внесен уполномоченным субъектом», — отметил Сытник, сказав, что «есть отдельная дискуссия о том, кто имеет право его вносить». Документ должен вносить президент, и именно президентский законопроект у нас сейчас есть в парламенте. Также есть заявления ключевых политических игроков о том, что они собираются рассматривать этот документ очень быстро, подчеркнул глава НАБУ.

Но, по его словам, с документом не все так просто. «Есть ряд норм в этом законопроекте, которые могут поставить под риск создание этой институции», — сказал Артем Сытник.

В качестве наиболее дискуссионных вопросов, которые связаны с нынешней редакцией законопроекта об Антикоррупционном суде, директор НАБУ выделил вопрос назначения судей Антикоррупционного суда. «Уже сейчас высказываются мнения о посягательстве на суверенитет и что иностранные эксперты будут принимать решения в отношении тех или иных кандидатур. И здесь не совсем последовательная позиция даже той власти, которая сформирована после революции», — сказал Сытник, напомнив, что иностранные представители были, в частности, в жюри конкурсов на должность глав НАБУ и САП. «И конкурсы не сопровождались заявлениями о том, что это является посягательством на государственный суверенитет», — говорит глава НАБУ. Сытник сказал, что, по его мнению, орган, который будет уполномочен принимать решения в отношении кандидатур судей Антикоррупционного суда, не должен состоять исключительно из украинских чиновников.

Сытник также подверг критике норму законопроекта о компетенции Антикоррупционного суда рассматривать дела в сфере нарушений оборота наркотических веществ. «Эти дела не всегда имеют отношение к коррупции. И мы видим, что есть риски просто определенного спама в отношении суда. Когда коллегия будет иметь условно 5-6 дел, то это нормально, они смогут двигаться в нормальном темпе, а если им еще будут бросать дела по наркоманам, то смысла в этом я не вижу. Мне кажется, что закладываются предпосылки, чтобы суд завалить делами (не имеющими прямого отношения к коррупции, — ред.), чтобы он не мог быстро двигаться по делам (связанным с коррупцией, — ред.)», — сказал Сытник, отметив, что в нормальном режиме дела по антикоррупционным преступлениям должны рассматриваться судом не более двух недель.

Также, по его словам, вызывает беспокойство факт, что в тексте документа не прописывается количество судей, тогда как, например, количество сотрудников антикоррупционного бюро было записано в законе. «Мы подсчитывали (исходя из той нагрузки, которую даем судам, исходя из сложности дел), что нужно создать где-то около 11 коллегий, то есть можно уложиться в количество 80 судей. Если останется возможность регулировать количество судей в ручном режиме, будет сохраняться угроза уменьшения штата суда, для того чтобы остановить определенные расследования», — сказал Сытник.

Отметим, что несмотря на то что законопроект уже в парламенте, главные украинские антикоррупционеры не разделяют особого оптимизма в отношении сроков его принятия. В частности, глава САП Назар Холодницкий уже усомнился, что «Антикоррупционный суд начнет работать в 2018 году».

Коррупция и далее продолжает разрушать украинскую экономику и бизнес-среду. Если в 2016 году только 13% опрошенных Американской торговой палатой говорили, что коррупция является причиной, по которой партнеры из других юрисдикций отказываются работать в Украине, то в 2017 году показатель возрос до 17%. Число тех, кто называл коррупцию причиной отказа иностранных материнских компаний развивать бизнес в нашей стране, возросло с 19% до 22%. Также коррупция способствовала тому, что компании были вынуждены больше денег тратить на юридические услуги, отметил Светлик. По словам представителя Американской торговой палаты, коррупция является серьезным сдерживающим фактором для поступления инвестиций. Из-за коррупции Украина теряет около 2% экономического роста ежегодно, подсчитали в МВФ.

Елена Голубева

Источник: 112.ua